Близится ураган, уже черемуха проветривает ему аллею.
Напряженно ждет сороконожка судорожных корней.
Старик во дворе гильотинирует петуха,
вырванного из незатейливого замка, из крыльев конкубин.
Голова с изумленно раскрытыми глазами падает в траву.
Палач опустошен, как мелкая выбоина колоды,
где быстро ссыхается кровь, первый раскат, собачий визг.
Звучит музыка для топора в жилистой руке.
...
Read full text